ениям находился один в комнате, да и во
  всем доме.
   Харт еще несколько минут подождал Келли и Мастерсона. Когда они не
  появились, движимый торопливостью, он вытащил из кармана пистолет:
   - Ну, идем!
   Герта положила руку ему на плечо:
   - А что, если мы угодим в ловушку?
   Харт собрался с уверенностью, которой не чувствовал.
   - Может, все обойдется. Во всяком случае, как я понимаю, у нас остается
  единственный шанс заставить Диринга говорить.
   Как можно неслышнее он открыл одно из французских окон и вошел в
  просторную комнату позади кресла Диринга. Но, как он ни старался, Диринг все
  равно услышал. Не отрывая рук от подлокотников и не поворачивая головы, он
  спросил:
   - Это ты, Луис?.. Сэм?
   Харт прошел мимо многочисленных моделей судов.
   - Боюсь, что нет, мистер Диринг. Если имя вашего шофера Сэм, то и он и
  Луис мертвы.
   Харт обошел кресло и посмотрел Дирингу в лицо: за три дня тот постарел
  лет на десять и выглядел усталым, больным стариком.
   - Только не это! - вырвалось у Диринга. - Такого не может быть!
   Потом, к удивлению Харта, его подбородок опустился на грудь, а тело стало
  сотрясаться от скупых рыданий.
   - Что это с ним? - удивилась Герта.
   Харт хотел было ей ответить, но тут увидел, почему Диринг не делает
  никаких движений и не встает на ноги: он просто не может, его щиколотки и
  запястья крепкой веревкой были привязаны к ножкам и подлокотникам кресла.
   - В чем