иям
  приборов Клайн стала проявлять особый интерес к Леонарду после того, как ее
  помощник Марк Уильямс сообщил, что его электрокардиограмма регистрирует
  интересные отклонения, указывающие, что организм борется за возвращение к
  сознанию. С этой минуты наблюдение за Леонардом усилили, но в течение дня
  никаких дальнейших изменений отмечено не было.
  
  Доктор Клайн терпеливо оставалась со Штраудом и Вишневски, но когда оба
  целиком ушли в свою возню с какими-то грязными костями и насквозь
  пропыленными фолиантами, она уговорила Натана позволить ей вернуться в
  больницу, чтобы надлежащим образом подготовить передачу дел своим коллегам,
  прибывающим ей на смену утром следующего дня.
  
  Ее беспокоило, как долго сможет Леонард только собственными силами бороться
  с недугом, и она ломала голову над тем, как ему помочь. Она пригласила двух
  специалистов-невропатологов, которые согласились с ее предположением, что в
  организме Леонарда происходит, как они выразились, "перетягивание каната"
  между сознанием и беспамятством. Кендра понимала, что надо действовать,
  что-то предпринимать, и срочно. Она хотела дать ему столь необходимые
  дополнительные жизненные силы. Но это, однако, могло стоить ей работы,
  причем в любом случае,