го ребер при
  вдохе и выдохе. А вдруг кит нас всех проглотит, мелькнула у нее странное и
  страшное опасение.
  
  Штрауд, словно прочитав ее мысли, обернулся и приблизил свой шлем к шлему
  Кендры так, чтобы она могла ясно видеть за толстым стеклом маски выражение
  его лица.
  
  - Да, Кендра, - глухо проговорил он. - Отродье превратилось в корабль,
  корабль превратился в отродье... И как только мы вскроем его брюхо,
  окажемся в чреве демона...
  
  Его слова и то, как он их произнес, напугало Кендру больше всего, что она
  уже видела в подземном лабиринте.
  
  - Вы все должны вернуться... Сразу же, как только откроем путь внутрь...
  
  - А как же ты? Пойдешь навстречу своей смерти?
  
  - Будь что будет... От судьбы не убежишь.
  
  Внешний вид бывает весьма обманчив. Борт корабля оказался далеко не таким
  неприступным и непроницаемым, как выглядел. Дунь - и он задрожит, как
  карточный домик, тронь - и он рассыплется...
  
  Здесь, в чреве древнего корабля, царствовало разложение. Археологи сразу же
  заинтересовались древесиной, из которой был изготовлен борт и которая на
  ощупь казалась окаменелой. Тем не менее внешняя поверхность обшивки была
  вся сплошь покрыта грибком и грибовидными наростами, которые при малейшем
  прикосновении