вили, что тебя не оставим.
  
  - Оставите - и сию же минуту. Всем подняться наверх.
  
  - Эйб, как только они увидят нас на поверхности, твоя жизнь кончена! Мы не
  пойдем на это. Не можем...
  
  И тут рация донесла до Штрауда пронзительные вскрики. Значит, на них опять
  напали. Штрауд звал и звал Кендру, пытаясь выяснить, что там у них
  происходит, но рация смолкла: ни криков, ни даже шороха помех, никаких
  звуков.
  
  Его первым побуждением было броситься назад к ним на помощь, но в этот
  момент он споткнулся и упал на груду костей. Едва успев вскочить на ноги,
  он тут же вновь растянулся плашмя на костях, которые затряслись,
  задвигались под его телом, открывая глубокие дыры, в одну из которых он тут
  же провалился чуть ли не по пояс.
  
  Штрауд рванулся, чтобы освободиться из плена костей, которые, казалось,
  стали тянуть его вниз, дергать за сапоги, рвать на нем костюм. Опустив
  глаза, Штрауд оторопел при виде множества тянувшихся к нему из вороха
  костей мускулистых ручищ, пытающихся утянуть его вниз и задушить под
  тленными останками. Он изо всех сил отбивался руками и ногами, но ручищи,
  похоже, даже не чувствовали его ударов. Штрауд резко повернулся на бок,
  чтобы освободить штуцер распылителя, но при этом движении