озрения, чтобы не дать им с Эшруадом слить
  воедино их силы.
  
  Но вот перед ним стоял Эшруад, каким Штрауд его никогда не видел, ледяной
  меч вновь спрятался в руку, из которой материализовался, истлевшие, но все
  еще напоминающие о царственном происхождении одеяния просторно свисают с
  некогда благородной рыцарской фигуры, превратившейся в явившуюся из глубины
  веков иссохшую мумию.
  
  - У тебя нет причин бояться меня, - с болью почти выкрикнул Эшруад,
  разгневанный упрямой непонятливостью Штрауда. - Если ты убоишься меня,
  усомнишься во мне, дьявольский яд тебя одолеет. Не верь глазам своим,
  Штрауд. Призови на помощь свой разум и волю свою!
  
  Хрустальный череп не раз предупреждал Штрауда не обманываться внешним
  обликом, и все же он не был готов к появлению Эшруада в обличье вставшего
  из могилы мертвеца.
  
  Эшруад сделал к нему шаг. Штрауд невольно отпрянул. Туннель заполнился
  раскатистым хохотом Уббррокксса, который, невидимый им сам, наблюдал эту
  сцену.
  
  - Ты потерял верного тебе человека, Эшруад, - издевался гнусный голос
  демона. - Теперь ты остался один.
  
  При звуках этого голоса Штрауд попятился еще дальше в тень, но Эшруад
  обволок его тело собой. Лишенный плоти скелет заслонил перед глазами
  Штрауда