лятор и
  подключить аппаратуру. Натан смотрел вслед удалявшейся по коридору доктору
  Клайн и думал о том, сколько же в этой темноволосой женщине твердости,
  выдержки и красоты. Она тем временем продолжала энергично командовать:
  
  - Времени в обрез! Немедленно в изолятор! И помните о мерах
  предосторожности, ребята! Давайте, давайте!
  
  У Натана накопилась тысяча вопросов к безмолвным Штрауду и Леонарду и еще
  тысяча вопросов к бушующему Вишневски... ни на один из которых, как он
  предполагал, ответа не будет.
  
  Комиссар повернулся и решительно вышел из больницы. Усевшись в ожидающий
  его лимузин, налил себе и залпом проглотил хорошую порцию неразбавленного
  виски. Взял телефонную трубку и набрал служебный номер мэра. В этот самый
  момент, как всегда некстати, объявился Перкинс, и Натан шуганул своего
  помощника грубоватым окриком:
  
  - Оставайтесь там, Лойд. У меня секретный разговор.
  
  Этот удар он должен был принять на себя один, без посторонних ушей.
  
  - Думаю, наши новости вам известны? - спросил он мэра Билла Лими.
  
  Лими, хитрый ирландец и прирожденный политикан до мозга костей, был, как
  обычно, сдержан и уклончив.
  
  - Что говорят врачи из эпидемиологического центра? Нашли что-нибудь?
  
  - Они делают все,