ается, что уходила. Да,
  спасибо: ты ничего не рассказывал обо мне.
   - В следующий раз обязательно скажу. Я не могу ей врать. Все должно
  прекратиться.
   Селена нахмурилась:
   - Наши утренние пробежки?
   - Абсолютно все: пробежки, плавание, твои тренировки - все. Ты не
  должна появляться до января.
   - Даже мои тренировки? - ее топазовые глаза ярко вспыхнули. - Мне
  нельзя их прерывать. - Она потянулась ко мне: - Горди, она не живет в это
  время. Раньше и не замечала, что я его ворую. Я буду осторожна, она не
  поймает меня.
   Я отрицательно покачал головой:
   - Ты нарушаешь ваш договор.
   - Вовсе нет. Я и так вынуждена отказаться от посещения танцевальных
  классов на целых шесть месяцев. Ты хоть представляешь, что это значит для
  балерины?
   - Но твое сознание работает постоянно. Ты получаешь от жизни больше
  эмоций, чем Аманда.
   Она фыркнула:
   - Думаешь, очень приятно свернуться клубком в ее голове, слышать,
  видеть и тихо сидеть, ничего не делая. Если я хоть изредка не смогу
  выходить наружу, то не только мышцы мои атрофируются, но и мозги тоже.
  Просто сойду с ума.
   Она спрыгнула со стула, подошла ко мне и обвила руками мою шею.
   - А ты? До января еще целых три месяца. Согласиться не видеть тебя
  три месяца?
   Такое положение меня не устраивало тоже.
   - Но что же делать? Я возненавижу тебя, если придется опять лгать
  Аманде.