Она поморщилась.
   - Прошу тебя, надо подождать до января. Тогда мы сможем спокойно
  встречаться.
   Селена тяжело вздохнула:
   - январь - это бесконечно далеко. Ну, хорошо. Поцелуй меня на
  прощание. И я хочу, чтобы мне было о чем вспоминать эти три месяца.
   Прикасаться к Селене было все равно, что дотрагиваться до линии
  высокого напряжения. Я попал под действие ее энергетического поля и,
  казалось, даже услышал запах собственных обгоревших нервных окончаний.
  Незаметно мы перебрались на шкуру перед камином. На этот раз она не
  сопротивлялась.
  
  
   Я медленно выходил из состояния послекоитальной расслабленности. Мне
  стало холодно, из чего понял, что мои нервные клетки еще не все сгорели.
  Селена уже застегивала платье. В поисках одежды я начал нерешительно
  ощупывать пол.
   - Хорошо бы разжечь камин. Ты не возражаешь? - попытался смягчить
  возникшую напряженность.
   Ее волосы растрепались и закрыли лицо. Она отвела их рукой и
  взглянула на меня. Я окаменел. На меня смотрели не топазовые, а золотые
  глаза. Ледяным голосом Аманда произнесла:
   - С кем Вы разговариваете?
   Не в силах что-либо ответить, я тупо смотрел, как она ищет
  рассыпавшиеся на полу шпильки.
   - Надеюсь, Вы не будете утверждать, что со мной, а не с этим зеленым
  стулом.
   Я молча продолжал натягивать брюки.
   Наконец она собрала все шпильки.