отрел мне прямо в глаза. Я вздохнула и
  оглядела кабинет. Он как нельзя лучше подходил своему владельцу.
  Современного дизайна дорогие светильники, жесткие хромированные стулья -
  все поблескивающее, дорогое и абсолютно стерильное. Живой здесь была лишь
  скульптура на столе.
   Я протянула руку и потрогала ее пальцами. Даже этого движения было
  достаточно, чтобы "Фурия" начала звучать. Я отдернула руку, и звук
  усилился. Он действовал мне на нервы, в голосе скульптуры мне теперь
  слышалось бесконечное отчаяние. Выходя, я забыла прикрыть дверь, и это
  стон преследовал меня почти до самой репетиционной.
   Последние три дня пролетели в каком-то лихорадочном возбуждении.
  Костюмы были закончены, декорации установлены, голограммы наведены. Мы с
  Томми провели генеральную репетицию наших сцен в офисе Джонатана. А Майлс
  почти исчез, я видела его буквально два-три раза, да и то мельком.
  Однажды, правда, мы все же перекинулись парой слов, я спросила, готов ли
  его костюм, и он, подмигнув мне и рассмеявшись шелестящим смехом Хакона,
  ответил:
   - Да там и готовить было особенно нечего. У меня главное - грим.
  Надеюсь, он тебе понравится. По-моему, это - впечатляющее зрелище.
   Мы с Томми так основательно изучили его офис, что, кажется, могли найти
  там любой предмет даже в темноте. Я запомнила все, вплоть до порядка, в
  котором стояли несуществующие в реальности