я лифт, с грохотом открылась дверь и двое мужчин направились к
  конторе Брэнсона.
   Молодой человек снова кивнул девушке, и она ответила ему мимолетной
  застенчивой улыбкой.
   Стояла глубокая ночь. Молодой человек открыл лестничное окно, и они
  легко ступили на подоконник, нависший высоко над улицей. Захлопнув за
  собой окно, оба в ту же секунду оказались стоящими на высоком карнизе
  здания на другой стороне площади. Они заглянули в ярко освещенные окна
  конторы Брэнсона, где что-то серьезно обсуждали трое мужчин. Потом они
  стали играть, переносясь, как вспышки темного пламени, с одного каменного
  выступа на другой. Это был какой-то безумный вариант пятнашек: молодой
  человек, наконец, угадал намерение девушки, появился одновременно с ней на
  обломках стоявшей в гавани Статуи Свободы и коснулся плеча своей подруги.
  Они тихо рассмеялись. Со стороны это можно было принять за бесшабашную
  детскую игру после трудного урока. Молодые люди взялись за руки и исчезли.
   В это время Дарвин Брэнсон беседовал со Смитом, который чем-то ему не
  нравился. Брэнсон интуитивно чувствовал, что Смиту нельзя доверять: он
  весь какой-то масляно-скользкий. Наверное, не стоит рисковать и
  рассказывать ему всего: уж очень он похож на человека, который может
  повернуть дело так, как будет выгодно лично ему. А вот Дейку Лорину,
  казалось, Смит нравился. Дарвин Брэнсон испытывал легкое презрение к Дейку
  Лорину. Этот молодой человек уж слишком...