носа это
  было бы совсем не так ужасно, как то лицо, которое смотрело на него со
  стены. Оно было разделено пополам. Одна сторона была теплой, живой. Другая
  половина - голый череп, скалящий зубы.
   Это невозможно, это было совершенно невозможно!
   Дейк отчаянно искал и не находил ни одного логического ответа. Если
  срезать у человека пол-лица, то он немедленно истечет кровью. В зеркале у
  себя за спиной он увидел отражение Патриции, которая по-прежнему стояла на
  коленях, не отрывая рук от лица, рядом с лежащей неподвижно служанкой -
  маленькой девушкой, которая так гордилась тем, что научилась произносить
  звук "эль", что изменила свое имя на Молли.
   Его сознание окровавленными пальцами, из последних сил, цеплялось за
  последний уступ: пропасть безумия все сильнее притягивала к себе. Легче
  было разомкнуть пальцы и начать бесконечное падение в пропасть, откуда нет
  возврата. Еще легче было закричать, захихикать и окончательно уничтожить
  двух перепуганных насмерть женщин.
   Дейк медленно подошел и встал за спиной Патриции, глядя на ее
  прекрасные блестящие волосы.
   Голос Дейка был сдавленным и хриплым:
   - Ты будешь рассказывать кому-нибудь об этом?
   - Нет. Нет!
   - Как ты думаешь, сколько людей видели... нечто подобное, и никогда
  не решались рассказывать об этом, Патриция?
   - Что ты этим хочешь сказать?
   - Нам все это только снится? Происходит ли этот кошмар на самом деле?
  Может быть, ты Патриция из моего сна?