ой кроватки уже не было. Вместо нее
  стояла большая мягкая постель со взбитыми белыми подушками. Одеяло было
  откинуто. Мягкая фланелевая пижама лежала на том самом месте, где мать
  всегда оставляла ее. Выцветшая голубая пижама с белыми полосками. Старые
  домашние тапочки со стоптанными каблуками.
   Он разделся и сложил свою одежду на стуле, на котором он всегда
  складывал ее. Надел пижаму и завязал на ней поясок. Засунул ноги в тапочки
  и вышел через другую дверь в ванну. Ему пришлось встать на цыпочки, чтобы
  достать свою старую зубную щетку с розовой ручкой. Большая ванна опиралась
  на ножки-лапы, которые вцепились намертво в белые полусферы. Эти лапы
  всегда завораживали его. Он тщательно помыл руки, потому что утром, перед
  школой, времени на это у него, скорее всего не будет. Зеркало висело
  слишком высоко. Чтобы увидеть свое отражение ему нужно подвинуть стул и
  забраться на него. Но ему слишком хотелось спать, и он решил отказаться на
  сей раз от интереснейшей игры - строить рожи самому себе. Самая страшная
  получалась, если засунуть пальцы в уголки рта и потянуть в разные стороны.
   Он прошлепал обратно в спальню, притворив за собой дверь в ванну.
  Подойдя к книжному шкафу, он провел пальцем по корешкам своих книг. Потом
  он открыл коробку из-под сигар и стал рассматривать коллекцию ракушек,
  собранную им прошлым летом в Марблехэде. Погасив свет, он подошел к окну и
  открыл его. Он положил подбородок на подоконник и некоторое время