етил человека, с которым мог по-настоящему общаться. Он, в точности
  как и я, верил, что в человечество природой заложены все самые лучшие
  качества. Мы не могли наговориться и встретились еще раз, уже неожиданно.
  Когда я узнал, что он собирается уйти на покой, я почувствовал отчаяние:
  сдается единственный разумный человек среди всех политиков. Но тут он
  приехал ко мне и все рассказал. Я сразу бросил журналистику, и вот уже
  более года мы работаем с ним вместе.
   - И вы сохранили мечту о мире, где нет места несправедливости?
   - Об этом вам расскажет мистер Брэнсон.
   - Весь мой опыт подсказывает мне, мистер Лорин, что мечтателям нет
  места в большой политике.
   - А вы попробуйте взглянуть на ситуацию пристальней: ведь со времен
  Хиросимы мы живем в постоянном страхе. Каждый из нас. Страх оказывает
  влияние на все наши действия, от женитьбы до заключения международных
  соглашений. Страх делает агрессивной политику каждой страны, каждого
  военного блока. И агрессивность еще больше увеличивает страх. В результате
  каждый блок выдвигает такие требования, которые совершенно неприемлемы для
  других.
   - Пак-Индия должна прекратить провокации на своих северо-восточных
  границах.
   - Совершенно точно. Но если приглядеться внимательней, складывается
  впечатление, что все узловые требования хорошо сбалансированы. И если нам
  удастся удовлетворить их одним всеобщим соглашением, мы получим время для
  передышки, которая всем так