ее смех, в котором звучала ее
  привязанность к нему, ему нравилось обнимать ее в минуты близости.
   Неминуемый взрыв произошел, когда он сказал ей, что заставило его
  уйти из газеты. Сцена, последовавшая за его сообщением, была весьма
  неприятной. Сражаясь за свои идеи, не отступая ни на шаг, каждый из них
  понимал, что впереди их ждет одиночество и, наполненные болью
  воспоминаний, ночи.
   Водитель такси посмотрел на чаевые, пробормотал нечто вполне могущее
  сойти за "спасибо" и дребезжащая машина с грохотом скрылась из вида. Дейк
  шел по дорожке к дому, зная, что ни одна крепость в мире не защищена так
  надежно, как этот маленький аккуратный домик, зная, что попав в
  инфракрасные лучи, он сам превратился в мишень. Он остановился на крыльце
  и стал ждать. Неожиданно дверь распахнулась и Дейк увидел на пороге
  миловидную горничную-японку, которая улыбнулась ему золотозубой улыбкой и
  сказала так, будто бы он тут был только вчера:
   - Добрый вечер, мистер Лорин.
   - Добрый вечер. А...
   - Она знает, что вы здесь, сэр. Она сейчас спустится. Хотите
  что-нибудь выпить, сэр? Коньяк? Я принесу в кабинет.
   Дейк удивился. Кабинет предназначался для деловых встреч и сделок.
  Друзей принимали в гостиной на веранде. Неужели Патриция догадалась?
  Возможно, все гораздо проще: она хорошо его знала, знала, что он
  непреклонен в своих убеждениях. А посему, вполне могла догадаться, что его
  визит носит