верена, что так оно и будет, тебе придется поступиться
  какими-то из своих идей. Тебе придется попробовать принять мир таким,
  каков он есть. И меня вместе с ним, Дейк.
   - В конце концов, получается, что ты снова пытаешься меня купить?
   - Дейк, ты же не оставляешь за мной права на собственное достоинство.
   - А как же насчет меня и моего достоинства? - спросил он глухо. -
  Ладно. Признаюсь тебе, что я одержим одной идеей. Если из того, что я хочу
  сделать, ничего не выйдет, я придумаю что-нибудь еще.
   - Маленький мальчик с медной трубой, который хочет разбудить все силы
  добра в мире: "Смотрите люди! Одумайтесь люди! Проснитесь люди!"
   - Я не знаю, как это получше сказать, но я делаю то, что должен
  делать.
   - А если все это сильно смахивает на манию, которая берет свое начало
  в несчастье, случившемся в детстве? А может быть, лучше попытаться
  отыскать лекарство?
   - Брэнсон сказал мне почти то же самое.
   - Когда-то ты очень убежденно доказывал мне, что Брэнсон - почти что
  бог, спустившийся на землю. Похоже, что он перестал быть для тебя богом,
  как только усомнился в состоянии твоего... рассудка. И вот он уже
  превратился в чудовище. Лично мне очень понравилось, как он повел себя с
  Иранией. Индия слишком резко разогналась. Это немного нарушает равновесие.
   - И ведет еще к большей напряженности, наполняет наши души еще
  большим страхом.
   - Это все человечество живет в страхе. Я же - личность.