общество
  компенсирует мне многие потери, ну и - вкратце - что мне повезло
  находиться здесь, а не в каком-нибудь из других мест, которые известны нам
  с вами.
   Моррис поклонился. На его лице с угреватой кожей мелькнула
  удивительно белозубая улыбка. Он обернулся и обвел взглядом комнату. Лента
  инспекционного конвейера остановилась. Готовые аналоговые машины,
  цензорные капсулы которых были проверены, запечатаны и надежно спрятаны
  внутри машин, увезла дорожка транспортера. Ассистент Хигсби, торопливо
  собирал свои бумаги, чтобы, переодевшись в еторговскую одежду, провести
  остаток вечера, задавая глупые вопросы сборищу ничтожеств в барах и залах
  развлечений. Ассистент Морриса, человек упорный и пунктуальный,
  направлялся дать указания по поводу подслушивающих устройств. Завтра утром
  Моррису снова придется переслушать все пленки, записанные "клопами" - хотя
  на них никогда еще не встречалось ничего интересного и, вероятно, никогда
  не встретится.
   Последней вышла величественная красавица мадам Эвфемия О'Райен,
  уполномоченная Консинда. Маленький запуганный ассистент следовал за ней в
  кильватере, как дельфин за китом. Мадам О'Райен на ходу что-то
  втолковывала ему звучным голосом. Постепенно ее голос затих в отдалении.
  Моррис вздохнул.
   - Скажите мне по секрету, - сказал он, когда они с Хигсби тоже
  направились к двери, шагая в ногу, но на предписанном расстоянии