нно, как карлик, больше никто не говорил. Теперь Артур
  припомнил, что и тот, первый Другой, с которым он обменялся одеждой, тоже
  изъяснялся вполне понятно. Немного отличалось произношение гласных:
  ударные - гортанно и врастяжку, безударные - совсем неразборчиво, глухо и
  слитно. Незнакомые словечки и обороты: "круть", "приди, семь"... и что,
  интересно, нужно отвечать, когда тебе говорят "живи"?
   Кто-то крикнул Артуру в самое ухо:
   - Разобьешь золотой?
   Артур снова подпрыгнул на месте и обернулся. Пухленькая девушка в
  алом протягивала ему что-то плоское, блестящее.
   - Нет, - сказал Артур.
   - Эх, шмяк! - фыркнула девушка.
   Она одарила его широкой улыбкой и отправилась восвояси. Артур
  завороженно смотрел на ее полные ножки, которые неописуемо короткая юбка
  ничуть не прикрывала. Девушка остановила тем же вопросом другого мужчину,
  потом еще одного - "эй, разбей золотой, а?" - и наконец с видом сдержанной
  ярости встала в хвост длинной очереди. Люди в голове очереди отходили с
  полными пригоршнями плоских штуковин - какие-то продолговатые карточки из
  пластика или металла - и либо выходили из зала, либо присоединялись к
  стоящим у стен. Взгляд Артура упал на стройную женщину, которая только что
  покинула очередь. Женщина была одета в синее, металлически поблескивающее
  платье с большими белыми звездами. Когда она торопливо миновала Артура, он
  разглядел, что звезды - это вырезы в платье,