- Он тебе нравится?
   - Готова броситься ему в объятия! Вот только похож он на ящера в
  губной помаде, и духами воняет. Нет, серьезно.
   - Если говорить серьезно, то очень мало шансов на то, что Моррис - не
  тот, кем кажется. Не думай, Анна, что если у нас есть очевидные
  преимущества, то мы обладаем монополией на способности. Ты не только
  будешь видеть иммунного в каждом, кто не заплетается в собственных
  коленках, но и станешь недооценивать противника - а это смертельно опасно.
  Во вторых, если Моррис действительно иммунный, достигший зрелого возраста
  и высокого положения, не будучи обнаружен нашей организацией, это уже не
  имеет значения. Если даже он и иммунный, в этом случае он - не наш, и
  никогда не станет одним из нас. Он на стороне Еторга.
   - Хм-м. Это не вполне то, что меня интересовало, ну да ладно. У нас
  есть что-нибудь почитать, кроме этих кровавых картинок?
   Хигсби молча встал и вернулся с потрепанным томиком, хрупкие страницы
  которого давно пожелтели, а местами и побурели. Мисс Силвер бережно взяла
  книгу из его рук и уселась читать. Чтение шло нелегко - она морщила лоб,
  сводила к переносице брови и изредка шевелила губами. Хигсби неторопливо
  зажег сигарету и откинулся на спинку дивана, глядя в потолок.
   - Не понимаю.
   - Мм? - спросил Хигсби.
   - Снова стихи. Что такое "Бехштейн"?
   - Контекст, пожалуйста.
   - "Как старый Бехштейн, проданный за бесценок".