Он был признан
  невиновным.
   Марго, несмотря на безутешное горе и глубокое потрясение, была
  трезвомыслящей студенткой права и поняла, почему был отклонен иск. Позже,
  немного успокоившись, она благодаря полученному юридическому образованию
  сумела взвесить и привести в систему собственные убеждения. Это был
  запоздалый процесс, которому долгое время мешали увлеченность и эмоции.
   Марго не пересмотрела ничего из своих политических взглядов или
  представлений об общественном устройстве - ни тогда, ни теперь. Но у нее
  хватило честности признать, что группа мятежных студентов лишила всех
  остальных тех самых свобод, защитниками которых они себя провозглашали.
  Кроме того, в своем рвении они посягнули на закон, на систему, которую они
  учились поддерживать и служению которой посвящали вроде бы свою жизнь.
   Следуя дальше в своих рассуждениях, Марго признала, что не меньшего можно
  было бы достичь, а возможно, и гораздо большего, оставаясь в пределах,
  дозволенных законом.
   Как она однажды призналась Алексу в тот единственный раз, когда они
  говорили об этом эпизоде из ее прошлого, это стало тем принципом, которым
  она руководствуется с тех пор во всех своих действиях.
   Удобно свернувшись возле него, она спросила:
   - Как дела в банке?
   - Иногда я чувствую себя подобно Сизифу. Помнишь, кто это?
   - Это не тот грек, что катил камень в гору? Каждый раз, как он добирался
  до верха,