рекламой "Хейплуайт
  дистиллерз", большой дочерней компании "СуНатКо", хотя личные отношения
  Харольда Остина с Джи. Джи. Куотермейном, видимо, выходили за эти рамки.
   Так или иначе сообщение Остина явно привело Большого Джорджа в веселое
  настроение. Остин представил его Хейворду, и Большой Джордж сказал:
   - Харольд говорит, что он - один из директоров вашего маленького банка и
  вы оба хотели бы получить кусок нашего пирога. Ну что ж, недолог тот час,
  когда мы подумаем об этом.
   Затем кормчий "Супранэшнл" похлопал Хейворда по плечу и заговорил о
  другом.
   Беседа с Джи. Джи. Куотермейном в Вашингтоне и побудила Хейворда в
  середине января - два месяца назад - сообщить комитету по денежной политике
  "ФМА", что возможны деловые операции с "СуНатКо".
   Позже он сообразил, что поторопился. А сейчас, похоже, перспектива вновь
  забрезжила.
   - Ну что же, - уступил Хейворд по телефону, - возможно, я смогу вырваться
  в следующий четверг на пару дней.
   - Вот это ближе к делу, - услышал он в ответ от достопочтенного Харольда.
  - Что бы ты там ни планировал, ничто не может быть для банка важнее этого. И
  - ах да, забыл упомянуть: Большой Джордж посылает за нами свой личный
  самолет.
   Хейворд просветлел.
   - Правда? Достаточно большой для быстрого полета?
   - "Боинг-707". Я подумал, что тебе это будет приятно. - Харольд Остин
  хмыкнул. - Так что полетим отсюда в полдень в четверг, проведем пятницу
  целиком