ктору Коулмену, что необходима еще третья проба по
  Кумбсу, и он со мной согласился.
   - Вот оно что? - Тон, которым это было сказано, не предвещал ничего
  хорошего, но Александер продолжал:
   - Да, сэр. Мы считаем, что необходим еще один анализ...
   - Хватит! - Окрик был громким и властным. Пирсон ударил кулаком по
  куче заявок на столе. В лаборатории воцарилась тишина.
   Тяжело дыша, старик молча глядел на Александера. Наконец, несколько
  успокоившись, он проговорил:
   - Вся беда в том, что вы злоупотребляете тем, чему вас учили в школе.
   В словах Пирсона были гнев и горечь против, должно быть, всей той
  молодежи, которая вмешивалась и посягала на его авторитет. Будь это в
  другое время, он, пожалуй, не придал бы этому такого значения. Но теперь
  все приобретало иной смысл. Пора раз и навсегда поставить
  выскочку-лаборанта на свое место.
   - Слушайте и запоминайте! Я уже говорил вам и больше не собираюсь
  повторять. - Это были слова разгневанного начальника, облеченного
  властью, который разъяснял нерадивому подчиненному его проступок. -
  Отделение возглавляю я, доктор Пирсон, и если у вас или еще кого-либо
  имеются вопросы, будьте добры адресовать их мне. Ясно?
   - Да, сэр. - Александер ничего так не хотел сейчас, как скорейшего
  прекращения этой ужасной сцены. Он уже твердо решил, что в этой больнице
  ему следует молчать. Если такова цена