лжны в среду
  встретиться с губернатором штата. Мы, очевидно, все-таки получим
  дополнительные ассигнования.
   Новость обрадовала О'Доннела. Это уже приближало его к осуществлению
  давнишней мечты, которая зародилась три с половиной года назад, когда он
  впервые появился в больнице Трех Графств. Странно, как человек привыкает
  к месту. Если бы ему кто-либо сказал на медфакультете Гарвардского
  университета или потом, когда он был главным хирургом в Колумбийской
  пресвитерианской больнице, что он когда-нибудь окажется в захолустной
  больнице, он бы рассмеялся ему в лицо. Он мечтал о ведущем медицинском
  учреждении, таком, как больница Джона Гопкинса или Главная больница
  штата Массачусетс. С его знаниями и опытом он мог выбирать. Но в
  Нью-Йорк приехал Ордэн Браун и уговорил его посетить больницу в
  Берлингтоне.
   То, что он увидел, ужаснуло его. Ордэн Браун показал все, ничего не
  скрывая. Потом О'Доннел согласился пообедать у него и последним
  самолетом вернулся в Нью-Йорк.
   За обедом гостеприимный хозяин рассказал ему историю больницы.
  История была самой обычной. Некогда больница Трех Графств была вполне
  современным учреждением и о ней шла добрая слава в штате. Вскоре,
  однако, все изменилось: самодовольство одних и инертность других сделали
  свое дело. Председатель попечительского совета, стареющий промышленник,
  перепоручал