Пирсон ответил не сразу, и О'Доннелу даже стало жаль старика. Пирсону
  было шестьдесят шесть, и работать ему осталось от силы каких-нибудь
  пять-шесть лет. Он, очевидно, не мог смириться с мыслью, что ему
  придется уступить место молодому врачу. Возможно, он сам понимает, что
  как специалист отстал и уже не может поспеть за быстрым прогрессом
  науки. Но, несмотря на свой неуживчивый характер, старик заслуживал
  уважения. О'Доннелу нравилась прямота Пирсона, и в начале своей работы в
  больнице он даже воспользовался этим его качеством, чтобы навести
  порядок в отделении хирургии. Вот почему теперь О'Доннел старался как
  можно мягче разговаривать с Джо.
   - Вы себе не представляете, Кент, сколько у меня работы! - Пирсон уже
  совсем успокоился.
   - Представляю, Джо. - О'Доннел был рад, что разговор принимает именно
  такой оборот. - Вы действительно страшно перегружены. И это
  несправедливо. - Он чуть было не добавил:
   "В вашем возрасте", - но вовремя спохватился. - Вам необходима
  помощь.
   Реакция была незамедлительной. Пирсон теперь уже просто кричал:
   - Вы все говорите: помощь, помощь А где она? Сколько месяцев я прошу,
  чтобы мне дали лаборантов. Нам нужно не меньше трех. А мне говорят, что
  могут дать только одного. А секретарь-стенографистка? У меня скопилась
  масса патологоанатомических заключений, а кто мне их перепечатает? Если
  бы