волос. Но Дениз уже подошла к отцу.
   - Раз ты действительно так думаешь, отец, не понимаю, для чего ты
  состоишь членом больничного совета? - спросила она, тоже подливая ему
  коньяк в рюмку.
   Юстас довольно хмыкнул:
   - А для того, чтобы Ордэну Брауну и другим было на что надеяться -
  авось я что-нибудь да и оставлю им в своем завещании. - Он кинул взгляд
  на Ордэна. - Они уверены, что ждать уже осталось недолго.
   - Вы несправедливы к своим друзьям, Юстас, - ответил Ордэн Браун
  полушутя-полусерьезно.
   - А вы порядочный лгун. - Старик явно наслаждался ситуацией. - Ты
  спрашиваешь, Дениз, зачем я состою в опекунском совете больницы? Да
  потому, что я реалист и практик. Что-либо изменить в этом мире я уже не
  могу, а вот служить неким регулятором равновесия я еще в силах. Я знаю,
  многие считают меня ретроградом, человеком, мешающим прогрессу.
   - Разве вам кто-нибудь это говорил, Юстас? - воскликнул Ордэн.
   - Разве обязательно говорить об этом? - И Суэйн не без злорадства
  посмотрел на председателя попечительского совета. - Я знаю только одно:
  каждому делу нужен тормоз, этакая сдерживающая сила. Не станет меня,
  сами начнете искать кого-то другого.
   - Вы говорите глупости, Юстас. Наговариваете на себя бог знает что. -
  Ордэн Браун тоже решил поиграть в откровенность. - Вы сделали немало
  хорошего здесь, в Берлингтоне.
   Старик вдруг словно съежился