повернулся он к Коулмену. -
  У нас в больнице Трех Графств за последние несколько лет все же
  произошли некоторые перемены. Ваше назначение - это тоже одна из важных
  перемен, и я полагаю, что теперь последуют и другие.
   Коулмен вспомнил, какое впечатление на него произвело
  патологоанатомическое отделение в тот его первый короткий визит, и,
  утвердительно кивнув головой, спокойно сказал:
   - Не сомневаюсь.
   - Мы стараемся по мере возможности внедрять новое мирным путем, -
  продолжал О'Доннел, немного помолчав. - Но это не всегда удается. Я не
  из тех, кто считает, что следует жертвовать принципами ради сохранения
  мира. Я хочу, чтобы вы это поняли.
   Коулмен снова кивнул головой, но ничего не сказал.
   - В общем, - продолжал О'Доннел, - советую вам, где можно,
  действовать убеждением и не стрелять из пушек по воробьям.
   - Понимаю, - спокойно ответил Коулмен, хотя ему не совсем было ясно,
  что хотел сказать главный хирург.
   Если ему предлагают отказаться от нововведений, дабы не смущать
  чей-то покой, то они ошиблись, пригласив его на работу. Компромиссы не
  для него. Что за человек этот О'Доннел?
   А сам О'Доннел размышлял, правильно ли он поступил, сказав все это
  Коулмену. Больнице повезло, что она получила такого специалиста, и
  О'Доннелу отнюдь не хотелось сразу же оттолкнуть его.
   Но его беспокоили Джо Пирсон и