о вляпаться в кучу дерьма. Как им уже
  удалось выяснить, Эрнестина Смарт и Огонек обитали в большом фанерном
  контейнере, в котором, судя по маркировке, когда-то перевозили автопокрышки.
  Теперь контейнер пристроился на краю трущоб у самой реки, в нем была
  прорезана дверь, а на двери снаружи висел амбарный замок.
   Пришлось двигаться дальше. Обследовав "шлюходром" - пересечения бульвара
  Бискэйн с Восьмой Северо-Восточной и Одиннадцатой улицами, угол Ист-Флаглер
  и Третьей авеню, - они опросили нескольких "дневных бабочек" и узнали, что
  ни Эрнестину, ни ее подружку в этот день никто не видел. В итоге пришлось
  возвращаться в трущобы.
   На этот раз дверь была открыта. Хорхе отважно просунул голову в темноту:
   - Эй, Эрнестина! Привет! Это твой друг из полиции. Как делишки?
   Сипловатый голос не замедлил с ответом:
   - Кабы делишки шли хорошо, разве гнила бы я в этой дыре? Не хочешь мной
  попользоваться, легавый? Я тебе дам со скидкой.
   - Какая жалость! Как нарочно, сейчас очень занят. Убийство вот расследую.
  Болтают, ты и Огонек были там, когда это произошло, все видели.
   Эрнестина решила показаться на свет Божий. Хорхе сразу понял, что ей едва
  исполнилось двадцать, хотя повадки ее скорее пошли бы женщине вдвое старше.
  Эта чернокожая девушка сошла бы за красавицу, если бы не опухшее лицо и
  несколько резких преждевременных морщин. Фигура же ее по-прежнему была
  хороша. Чуть мешковатый белый тренировочный костюм не мог