ю
  событий. Если бы не бедняга немец, все это было бы даже забавно.
   Предупреждение о его правах Капруму было уже зачитано. Никакой
  необходимости повторять его.
   - Стало быть теперь, Кермит, ты готов рассказать, что произошло, на этот
  раз правду? В твоем положении так будет лучше... О'кей, начнем с того, как
  ты и Торн захватили машину... Ладно, я запишу имя Торн первым, если ты
  настаиваешь... Итак, где вы оба были, когда...
   И Хорхе принялся записывать показания Капрума, который говорил быстро,
  сбивчиво, совершенно забыв о возможных последствиях, не понимая, что
  совершенно не важно, кто что делал, ведь им предъявят обвинение в сговоре с
  целью предумышленного убийства. Когда Хорхе спросил, зачем им вообще
  понадобилось стрелять, Капрум ответил так:
   - Этот старый козел понес на нас! Поливал нас грязью на своем тарабарском
  языке... Не мог заткнуть свою поганую пасть, понимаешь?
   Когда допрос был закончен, Хорхе протянул Капруму ручку, и тот подписался
  под полным признанием своей вины. Несколько часов спустя эксперты-баллйстики
  дали заключение, что из трех пуль, обнаруженных в теле немца, одна была
  выпущена из револьвера Капрума, а две - Мэгги. Медики определили, что если
  выстрел Капрума только ранил туриста, то от любой из двух пуль Мэгги
  наступила немедленная смерть.
   Эйнсли отвлекли другие дела. Он вернулся в тот момент, когда Хорхе во
  второй раз допрашивал Мэгги Тори. Под конец девица