бращался к своему адвокату с репликами вроде:
  "Скажи, чтобы эту жирную обезьяну выкинули отсюда к едрене фене!" И это об
  автомеханике, кандидатуру которого Уиллард Стельцер уже готов был утвердить!
  Пожелание подсудимого попало в протокол, адвокату пришлось пойти на
  попятную, впустую потратив столь драгоценное право на единственный отвод без
  объяснения причин.
   Нашлась еще одна почтенная чернокожая матрона, отнесшаяся к Дойлу с
  некоторой симпатией, но он опять проорал на весь зал: "Да эта черномазая ни
  хрена не сечет в правосудии!" - и ее кандидатура тоже была снята.
   Только после этого судья, который прежде ни на что не реагировал, сделал
  подсудимому предупреждение. Наступила пауза, в течение которой расстроенный
  Уиллард Стельцер, вцепившись пальцами в рукав своего подзащитного, что-то
  возбужденно и напористо нашептывал ему на ухо. Дальнейший подбор присяжных
  прошел без выходок Дойла, но они возобновились, как только начался сам
  процесс.
   На свидетельскую скамью вызвали доктора Сандру Санчес,
  судебно-медицинского эксперта округа Дейд. Она показала, что охотничий нож,
  на котором, как уже было известно суду, обнаружили отпечатки пальцев Элроя
  Дойла, послужил орудием убийства Кингсли и Нелли Темпоун. Дойл с
  перекошенным злостью лицом снова вскочил на ноги и выкрикнул: "Ты лжешь,
  мерзавка! Все ты лжешь! Это не мой нож. Меня вообще там не было!"
   Судья Оливадотти, неизменно строгий