й
  последний побег.
   - Случись мне, не дай Бог, оказаться здесь, - упрямо мотнул головой
  Хорхе, - я бы сбежал, как лить дать.
   Автостоянка перед воротами тюрьмы была ярко залита светом. Наплыв народу
  в столь ранний час не застал полицейских врасплох. Они понимали, что казнь
  Дойла привлечет репортеров, равно как и толпу зевак, которые будут крутиться
  у тюремной ограды, жадно ловя любые слухи. Среди легковых машин на стоянке
  выделялись несколько телевизионных передвижек.
   Мелкими группами поближе к воротам топтались демонстранты: некоторые
  держали плакаты с протестом против сегодняшней казни и высшей меры вообще, у
  других в руках теплились огоньками свечи.
   Отдельной кучкой держались сторонники недавно возникшего движения,
  объединившегося под лозунгами вроде: "Налогоплательщик! Это самоубийство
  оплачено из твоего кармана!" или "Долом узаконенное самоубийство!". Это были
  главным образом молодые юристы и их друзья, которые полагали, что
  приговоренные к высшей мере не должны иметь права отказываться от апелляции.
   Вообще говоря, после каждого вынесенного смертного приговора апелляция
  направлялась в Верховный суд штата Флорида автоматически и рассматривалась
  быстро. Но вот если апелляция отклонялась, а так было в подавляющем
  большинстве случаев, то дальнейший процесс обжалования приговора мог
  растянуться на десять лет и более. В последние же годы все чаще сами
  приговоренные смирялись