- Благословите меня, святой отец, ибо я согрешил...
   - Нет! Нет! - разразился криком багровый от гнева Аксбридж. - Это
  богохульство! Этот человек не...
   - А ну-ка молчать! - криком же оборвал его Эйнсли. Затем он обратился к
  Дойлу уже более спокойно:
   - Я давно не священник. Ты это знаешь, но если тебе хочется в чем-то мне
  исповедаться, я готов выслушать тебя просто как человек человека.
   - Вы не можете принимать исповедь! Не имеете права! - возопил Аксбридж.
   - Святой отец... - упрямо повторил Дойл свое обращение к Эйнсли.
   - Я же объяснил вам, что он не священнослужитель! - зашелся криком
  Аксбридж.
   Дойл что-то чуть слышно пробормотал.
   - Он ангел отмщения Господня, - уловил его слова Эйнсли.
   - Это святотатство! Не допущу! - грохотал Аксбридж.
   Неожиданно Дойл повернулся к нему и сказал, осклабившись:
   - Шел бы ты на...! - потом обратился к тюремщикам:
   - Уберите эту мразь отсюда!
   - Думаю, вам лучше уйти, святой отец, - сказал Хэмбрик. - Он не желает
  вашего присутствия здесь, это его право.
   - Никуда я не уйду! Хэмбрик заговорил резче:
   - Прошу вас, святой отец! Вы же не хотите, чтобы я приказал вывести вас
  силой?
   Получив сигнал от лейтенанта, один из надзирателей оставил Дойла и
  ухватил за плечо Аксбриджа. Тот дернулся, высвобождаясь:
   - Вы не посмеете! Я - служитель Господа! - Надзиратель замер в
  нерешительности, а Аксбридж сказал, глядя на Хэмбрика в упор:
   - Вы