если он всплывал в памяти, Партридж старался тотчас забыть. Однако,
  вспоминая его, Партридж задумывался над тем, что же он за человек и почему
  не может плакать.
   В начале своей репортерской карьеры Гарри Партридж находился в
  Великобритании, и в это время в Уэльсе произошла трагедия. Случилось это в
  Аберфане, шахтерском поселке, где с отвала съехал большой пласт угля и
  завалил начальную школу. Под углем погибло сто шестнадцать детей.
   Партридж приехал на место происшествия вскоре после того, как случилось
  несчастье, и видел, как вытаскивали трупы. Каждое маленькое тельце, покрытое
  черной вонючей густой грязью, окатывали из брандспойта и лишь потом увозили
  для опознания.
   Окружавшие Партриджа репортеры, фотографы, полицейские, зеваки - все
  плакали, судорожно глотая слезы. Партриджу тоже хотелось заплакать, но он не
  мог. Совершенно больной, но с сухими глазами, он довел свой репортаж до
  конца и уехал.
   С тех пор он видел бесчисленное множество происшествий, которые могли бы
  вызвать слезы, но тоже никогда не плакал.
   Может быть, у него есть какой-то дефект, и он человек холодный? Он задал
  этот вопрос однажды приятельнице-психиатру, с которой они выпивали как-то
  вечером, а потом легли в постель.
   Она сказала ему: "Все с тобой в порядке, иначе ты не задавал бы этот
  вопрос. Просто у тебя есть такой защитный механизм, который делает
  отвлеченным все, что ты видишь. Все свои переживания ты запихиваешь внутрь,
  и