широко
  распространенном среди американских войск во Вьетнаме употреблении
  наркотиков. Но американские военные отказались это подтвердить.
   Во время своих поездок на передовые Партридж видел немало свидетельств
  тому, что употреблялся героин, и было его сколько угодно. Партридж попросил
  Отдел новостей Си-би-эй сделать официальный запрос и узнал, что в госпитали
  для ветеранов поступает всевозрастающее, поистине пугающее число наркоманов
  из Вьетнама. Это становилось проблемой уже не только для военных, но и для
  всей страны.
   Нью-йоркская "подкова" дала зеленый свет для разработки этого сюжета, но
  официальные органы перекрыли все шлюзы, не предоставляя информации.
   Когда Партридж зашел к Джессике в ее крошечный кабинетик и заговорил об
  этом, она отреагировала, как все официальные лица до нее:
   - Извините. Я не могу с вами говорить на эту тему. Ее ответ задел
  Партриджа, и он с неодобрением заметил:
   - Вы хотите сказать, что не станете говорить со мной об этом, потому что
  вам ведено кое-кого прикрывать. Речь, видимо, идет о после - это может
  поставить его в сложное положение?
   Джессика покачала головой:
   - Я и на этот вопрос не могу ответить. Разозлившись, Партридж не стал ее
  жалеть.
   - Значит, вы хотите сказать, что здесь, в этом уютном кабинетике, вам
  наплевать на то, что ребята там, в джунглях, трясутся от страха, страдают, а
  потом - за неимением лучшего - губят себя наркотиками, становятся рабами
  героина?