разработку препарата, способного справиться с этим явлением, а не
  совались с якобы "новыми" антибиотиками, в действительности ничем не
  лучше тех, что уже заполняют рынок...
   Тут ему стало стыдно за свою вспышку, и он хотел было извиниться, но
  не успел. Собрав свои образцы и бумаги, девушка уже была в дверях.
   - Всего хорошего, доктор, - бросила она на пороге. Все это было
  вчера. А сегодня Эндрю так и не приблизился к разгадке стоящей перед ним
  задачи: как спасти жизнь Мери Роуэ? Утром позвонила старшая медсестра по
  этажу, миссис Ладлоу:
   - Доктор Джордан, меня беспокоит ваша больная Роуэ. Она на грани
  коматозного состояния. Рефлексы отсутствуют.
   Эндрю помчался в больницу. Рядом с Мери Роуэ, впавшей в глубокое
  беспамятство, находился дежурный врач. Эндрю понимал, что никаких
  радикальных мер предпринять невозможно. Продолжать внутривенное вливание
  - вот и все, что им оставалось делать. Да разве еще надеяться на лучшее.
   Теперь, когда день приближался к концу, стало ясно, что надеяться не
  на что. Состояние Мери Роуэ не оставляло никаких шансов.
   - Доктор, но хотя бы в сознание она придет? - сквозь слезы спросил
  Джон Роуэ. - Узнает она меня?
   - Извините, Джон. Боюсь, что это маловероятно, - ответил ему Эндрю.
   - Все равно. Я останусь с ней.
   - Конечно, конечно. Сестры будут поблизости, и я дам указания
  дежурному врачу.
   - Спасибо, доктор.
   Эндрю ушел, но его не покидала