азал доктор Таунсенд. - Хотя, Эндрю, особых надежд я
  не испытываю. Думаю, что с вашей больной все зашло слишком далеко, но,
  как говорится, попытка не пытка. А теперь, вы уж извините, меня ждет
  роскошное жаркое из фазана.
   Эндрю опустил трубку телефона, стоявшего на столике дежурной
  медсестры.
   - Все готово? - спросил он.
   Пожилая медсестра, старшая по ночной смене, уже положила на поднос
  все необходимое для инъекции. Открыв холодильник, она достала прозрачную
  стеклянную баночку с препаратом, которую привезла девушка-коммивояжер из
  компании "Фелдинг-Рот".
   - Да, все готово.
   - В таком случае приступим.
   Когда они вошли в палату, у постели Мери Роуэ находился все тот же
  дежурный врач, что и утром, - доктор Овертон. Сзади притулился Джон
  Роуэ.
   Дежурный - это был врач по наружным заболеваниям, парень мощного
  телосложения, уроженец Техаса - в ответ на краткие объяснения Эндрю по
  поводу лотромицина пробурчал:
   - На чудо, значит, надеетесь?
   - Нет, - коротко отрезал Эндрю и, повернувшись к мужу больной,
  сказал:
   - Джон, я еще раз хочу вам сказать, что никаких, подчеркиваю, никаких
  гарантий быть не может. Просто при создавшемся положении...
   - Я понимаю, - с трудом выдавил Джон. Горло его стиснуло волнение.
   Сестра подготовила Мери Роуэ к уколу. Больная так и не приходила в
  сознание.
   - Инъекции, - объяснил дежурному врачу Эндрю, - должны вводиться
  внутримышечно,