, не заслоняя коридоры, плавной спиралью взмывал ввысь внутри
  цилиндрического колосса, подобно своим двойникам в зиккуратах Древнего
  Вавилона. Из-за скорости самолета, нарушившей перспективу, мы не заметили
  его с воздуха, потому-то и не направились к башне, когда решили спуститься
  под лед. Не сомневаюсь, что Пэбоди доискался бы до принципа устройства этой
  конструкции, мы же с Денфортом могли только смотреть и восхищаться. Каменные
  консоли и колонны были великолепны, но мы не могли взять в толк, как это все
  функционирует. Время не повредило пандусу, что само по себе удивительно --
  ведь он находился под открытым небом; мало того, он еще предохранил от
  разрушения диковинные космические барельефы.
   Опасливо ступили мы на частично затененное пандусом ледяное дно этого
  необыкновенного цилиндра -- ведь ему было никак не меньше пятидесяти
  миллионов лет, без сомнения, то была самая древняя постройка изо всех, что
  нам пришлось увидеть,-- мы обратили внимание, что стены его, увитые
  пандусом, возвышаются на полных шестьдесят футов. Это означало, судя по
  нашему впечатлению с самолета, что снаружи ледяной пласт тянулся вверх,
  обхватывая цилиндр, еще на сорок футов: ведь зияющая яма, которую мы
  отметили с самолета, находилась посредине холма высотой футов в двадцать,
  состоящего, как мы решили, из раздробленного каменного крошева. На три
  четверти яму затеняли массивные, нависшие над ней руины окружающих ее
  высоких стен. На древних барельефах мы видели первоначальный облик башни.
  Стоя