ечислял знакомые станции подземки, проложенной из Бостона в
  Кембридж за тысячи миль отсюда, в мирной земле Новой Англии, но мне его
  нервный лепет не казался ни бредом, ни некстати проснувшимся ностальгическим
  чувством. Денфорт находился в глубоком шоке, но я тут же безошибочно уловил
  пришедшую ему на ум болезненную аналогию.
   Оглядываясь, мы ни на минуту не сомневались, что увидим жуткое чудище,
  но все же вполне определенное -- к обличью звездоголовых мы как-то привыкли
  и смирились ним. Однако в зловещей дымке вырисовывалось совершенно другое
  существо, гораздо более гнусное. Оно казалось реальным воплощением "чужого",
  инородного организма, какие любят изображать наши фантасты, и больше всего
  напоминало движущийся состав, если смотреть на него с платформы станции
  метро. Темная громада, усеянная ярко светящимися разноцветными точками,
  рвалась из подземного мрака, как пуля из ствола.
   Но мы находились не в метро, а в подземном туннеле, а за нами гналась,
  синусоидно извиваясь, кошмарная черная блестящая тварь, длиною не менее
  пятнадцати футов, изрыгавшая зловоние и все более набиравшая скорость;
  густой пар окружал ее, восставшую из морских глубин. Это невообразимое
  чудовище -- бесформенная масса пузырящейся протоплазмы -- слабо
  иллюминировало, образуя тысячи вспыхивавших зеленоватым светом и тут же
  гаснувших глазков, и неслось прямо на нас; массивнее любого вагона, оно
  безжалостно давило испуганных беспомощных пингвинов, скользя по сверкающему
  полу -- ведь именно эти твари отполировали