барельефам и резным картам, до загадочных
  фиолетовых гор было почти триста миль, однако очертания их четко проступали
  над раскинувшейся снежной гладью, а зубчатые вершины, круто взмывая ввысь,
  вызывали ощущение того, что они находятся на чужой, полной неведомых
  опасностей планете. Высота этих вершин была немыслимой, недоступной
  человеческому воображению, они уходили в сильно разреженные слои земной
  атмосферы, которые посещали разве что призраки -- ведь ни один из дерзких
  воздухоплавателей не остался в живых, чтобы поведать о своем непонятном, не
  поддающемся объяснению внезапном крушении. Вид гигантских гор заставлял меня
  не без дрожи вспоминать барельефные изображения, которые подсказывали нам,
  что великая река могла нести с проклятых склонов нечто, державшее жителей
  города в смертном ужасе, и я мысленно задавал себе вопрос, а не был ли их
  страх порождением укоренившегося предрассудка? Я припомнил также, что горы
  эти своей северной оконечностью выходят к побережью в районе Земли Королевы
  Мэри, где, в тысяче миль отсюда, именно сейчас работает экспедиция сэра
  Дугласа Моусона, и от всей души пожелал, чтобы ни с научным руководителем,
  ни с прочими членами экспедиции не случилось ничего дурного и чтобы они даже
  не заподозрили, сколь опасные гиганты таятся за грядой прибрежных скал. Эти
  мысли ужасно угнетали меня, нервная система была напряжена до предела, а
  Денфорт просто находился на грани срыва.
   Однако еще задолго до того, как мы, миновав руины пятиконечного
  строения, достигли самолета, наши