уже говорил, Денфорт наотрез отказался поведать мне, что за
  кошмарное зрелище заставило его завопить с такой силой, а ведь именно оно
  окончательно лишило юношу покоя. Оказавшись по другую сторону Хребтов
  Безумия и чувствуя себя в безопасности, мы наконец заговорили, обмениваясь
  громкими (чтобы перекричать шум мотора и завывания ветра) замечаниями; в
  основном они касались наших взаимных обещаний не разглашать ничего, имеющего
  отношение к древнему городу. Эти поистине космические тайны не должны были
  стать достоянием широкой публики, предметом зубоскальства, и, клянусь, я
  никогда бы и рта не раскрыл, если бы не вполне реальная перспектива работы в
  тех краях экспедиции Старкуэтера-Мура и прочих научных коллективов. В
  интересах безопасности человечества нельзя бесцеремонно заглядывать в
  потаенные уголки планеты и проникать в ее бездонные недра, ибо дремлющие до
  поры монстры, выжившие адские создания могут восстать ото сна, могут
  выползти из своих темных нор, подняться со дна подземных морей, готовые к
  новым завоеваниям.
   Мне удалось выпытать у Денфорта, что последнее ужасное зрительное
  впечатление было в виде миража. По его словам, оно не имело ничего общего ни
  с кубическими сооружениями на склонах, ни с поющими, источающими пар
  пещерами Хребтов Безумия. Мелькнувшее среди облаков дьявольское- видение
  открыло ему, что таят фиолетовые горы, которых так боялись и к которым не
  осмеливались приближаться Старцы. Возможно, видение являлось наполовину
  галлюцинацией, вполне вероятной