мые сомнения, которыми
  мы не делились с внешним миром, заставили нас покинуть этот унылый край,
  где, казалось, навеки воцарилось безумие.
   Как известно, наше возвращение на родину прошло благополучно. Уже к
  вечеру следующего дня, а именно 27 января, мы, совершив быстрый
  беспосадочный перелет, оказались на базе, а 28-го переправились в лагерь у
  залива Мак-Мердо, сделав только одну кратковременную остановку из-за
  бешеного ветра, несколько сбившего нас с курса. А' еще через пять дней
  "Аркхем" и "Мискатоник" с людьми и оборудованием на борту, разламывая
  ледяную корку, вышли в море Росса, оставив с западной стороны Землю Виктории
  и насмешливо ощерившиеся нам вослед громады гор на фоне темного грозового
  неба. Порывы и стоны ветра преображались в горах в странные трубные звуки,
  от которых у меня замирало сердце. Не прошло и двух недель, как мы
  окончательно вышли из полярных вод, вырвавшись наконец из плена этого
  проклятого наводненного призраками царства, где жизнь и смерть, пространство
  и время вступили в дьявольский противоестественный союз задолго до того, как
  материя запульсировала и забилась на еще неостывшей земной коре
   Вернувшись, мы сделали все, дабы предотвратить дальнейшее изучение
  антарктического континента, дружно держа язык за зубами относительно
  побуждающих нас к тому причин и никого не посвящая в наши мучительные
  сомнения и догадки. Даже молодой Денфорт, перенесший тяжелый нервный срыв,
  молчал, ни слова не сказав своему лечащему врачу, а ведь, как я уже