ика, полного неразгаданных тайн и несущего печать векового проклятия
  пустынных просторов, в которых нет ничего человеческого, если этот рассказ
  не остановит их -- ну что ж, тогда, по крайней мере, я не буду в ответе за
  чудовищные и непредсказуемые последствия.
   Изучив записи, сделанные Пэбоди во время его дневного полета, сверив их
  с показаниями секстанта, мы с Денфортом вычислили, что самое подходящее
  место для перелета через горы находится правее лагеря, высота хребта там
  минимальная -- двадцать три или двадцать четыре тысячи футов над уровнем
  моря. Все же мы полностью разгрузили самолет. Лагерь наш находился в
  предгорьях, достигавших и так приблизительно двенадцать тысяч футов, поэтому
  фактически нам нужно было подняться не на такую уж большую высоту. Тем не
  менее, взлетев, мы остро почувствовали нехватку воздуха и мучительный холод:
  из-за плохой видимости пришлось оставить иллюминаторы открытыми. Вряд ли
  стоит говорить о том, что мы натянули на себя из одежды все, что смогли.
   Приближаясь к мрачным вершинам, грозно темневшим над снежной линией,
  отделявшей обнаженную породу от вечных льдов, мы замечали все большее
  количество прилепившихся к горным склонам геометрически правильных
  конструкций и в очередной раз вспоминали загадочные картины Николая Рериха
  из его азиатской серии. Вид выветрившихся древних пород полностью
  соответствовал описаниям Лейка: скорей всего эти гиганты точно так же
  высились здесь и в исключительно давние времена -- более пятидесяти
  миллионов