по плотному снежному насту в направлении
  необъятного каменного лабиринта, затянутого на западе призрачной дымкой, мы
  остро ощущали близость чуда; подобное состояние мы пережили четыре часа
  назад, когда подлетали к перевалу в этих таящих вековые тайны хребтах.
  Конечно, теперь мы уже кое-что знали о том, что прячут за своей мощной
  спиной горы, но одно ело глазеть на город с самолета, и совсем другое --
  ступить самому внутрь этих древних стен, понимая, что возраст их исчисляется
  миллионами лет и что они стояли здесь задолго до появления на Земле
  человека. Иначе чем благоговейным ужасом это состояние не назовешь, ведь к
  нему примешивалось ощущение некоей космической аномалии. Хотя на такой
  значительной высоте воздух был окончательно разрежен, что затрудняло
  движение, мы с Денфортом чувствовали себя неплохо, полагая в своем
  энтузиазме, что нам по плечу любая задача. Неподалеку от места посадки
  торчали вросшие в снег бесформенные руины, а немного дальше поднималась над
  ледяной корой -- примерно футов на десять-одиннадцать -- огромная крепость в
  виде пятиугольной звезды со снесенной крышей. К ней мы и направились, и
  когда наконец прикоснулись к этим источенным временем гигантским каменным
  глыбам, нас охватило чувство, что мы установили беспрецедентную и почти
  богохульственную вязь с канувшими в пучину времени веками, до сих пор
  наглухо закрытыми от наших сородичей.
   Эта крепость, расстояние между углами которой равнялось тремстам футам,
  была сложена из известняковых глыб