учить от него послание со следами слез на
  бумаге или бандероль с отрезанным ухом, но... Сама не знаю. У меня такое
  ощущение, будто он и не извиняется вовсе, а просто пишет под диктовку. А
  может быть, я не права? К тому же он вложил в конверт и чек на семьсот
  пятьдесят долларов, как бы намекая этим, что сознает свою
  ответственность. Все это хорошо, но мне кажется, больше всего я была бы
  счастлива услышать, что ему помогли с его ментальными проблемами.
  Согласно приговору, ему предписаны восемнадцать месяцев интенсивного
  лечения. Я рассказала об этом в группе, .-( смеялись, будто я шутила. Но
  мне не до шуток.
   Иногда, когда я думаю о будущем, передо мной встают пугающие картины.
   То я вижу нас в очереди за бесплатной похлебкой, а то бреду на Третью
  улицу с Натали на руках в ночлежку для бездомных. Стоит только подумать
  об этом, как меня бросает в дрожь или я начинаю плакать. Понимаю - это
  глупо; слава Богу, у меня ведь есть диплом об окончании библиотечного
  колледжа, но я все равно не могу избавиться от подобных мыслей. И
  знаешь, за что я хватаюсь, когда меня обступают ужасные видения? За
  слова, сказанные тобой в "Красном яблоке". Ты сказал, что у меня много
  друзей и что я непременно выберусь из этого. Так что я уверена - у меня,
  по крайней мере, есть один друг. Самый настоящий друг. С любовью, Элен.
   Ральф промокнул выступившие слезы - он стал слишком слезливым в
  последнее