на Толстяка.
   - Грязный ублюдок! - выкрикнул он. - Имел я твою мать!
   Толстяк насупился:
   - Что-о?
   Взгляд Эда снова метнулся к Ральфу - кажется, теперь он узнал соседа.
  - Спроси-ка, что у него там под брезентом? - закричал Эд. - Gаставь
  этого убийцу показать тебе это!
   Ральф взглянул на Толстяка: - И что же у вас там такое? - А тебе
  какое дело? - парировал тот, стараясь придать голосу язвительность и
  агрессивность. Он попытался поймать взгляд Эда Дипно и на всякий случай
  сделал два робких шажка в сторону.
   - Мне никакого, а вот ему это нужно, - ответил Ральф, слегка поведя
  головой в сторону Эда. - Просто помоги мне успокоить его, ладно?
   - Ты его знаешь?
   - Убийца! - снова крикнул Эд и на этот раз так рванулся из рук
  Ральфа, что тому пришлось отступить на шаг. Ко всему прочему происходило
  чтото еще. Ральфу показалось, что пугающе пустой взгляд Эда становится
  осмысленным. Теперь в его глазах было больше Эда, чем прежде... Или,
  возможно, Ральф просто принимал желаемое за действительное. -Убийца!
   Убийца младенцев!
   - Господи, бред собачий, - пробормотал Толстяк, но, подойдя к кузову,
  развязал один из узлов и отвернул угол брезента. В кузове стояло четыре
  деревянных бочонка с надписью "ОТ СОРНЯКОВ". - Органическое удобрение, -
  пояснил Толстяк, переводя взгляд с Эда на Ральфа, затем снова на Эда. Он
  дотронулся до козырька кепки с эмблемой общества садоводов. - Целые дни
  напролет я