е хотел о публикации.
  Когда я спросил его о причинах, он ответил, что я лучше других должен их
  понимать.
   Мак-Говерн замолчал, оглядевшись вокруг - зелено-золотые проблески
  света в листве и темные пересечения теней на аллее то и дело приходили в
  движение при малейшем дуновении ветерка.
   - Он говорил, что боится выставлять себя напоказ.
   - Я понимаю, - кивнул Ральф.
   - Возможно, вот что лучше всего характеризовало его: он любил
  разгадывать кроссворды в "Санди Нью-Йорк таймс". Однажды я высмеял его,
  обвинив в гордыне. Улыбнувшись в ответ, он сказал: "Между гордыней и
  оптимизмом огромная разница, Билл, - я оптимист, и в этом все отличие".
   В общем, ты уловил суть. Добрый человек, отличный учитель,
  великолепный, искрометный ум. Его специализацией была Гражданская война,
  а теперь он и понятия не имеет, что это вообще такое. Черт, он даже не
  знает своего имени, и очень скоро - чем раньше, тем лучше - умрет, даже
  не догадываясь о том, что жил.
   Мужчина средних лет в футболке с эмблемой университета штата Мэн и
  обтрепанных джинсах, шаркая, пересек игровую площадку, под мышкой у него
  был зажат мятый бумажный пакет. Он остановился возле кафетерия,
  намереваясь порыться в мусорном бачке, по-видимому, в поисках пустых
  бутылок. Когда бродяга наклонился, Ральф увидел темно-зеленый "конверт",
  окружающий его, и более светлую "веревочку", вырастающую из короны
  вокруг головы. Внезапно