доля замешательства), а затем погрузил руку по самый локоть.
   - Эй, - испуганно закричал Толстяк. - Это же не коробка с крекерами!
  На мгновение хитрая ухмылка снова появилась на лице Эда - она, казалось,
  говорила: "Я знаю трюк и получше этого". - а затем ее опять сменила
  растерянность, когда он не обнаружил ничего, кроме удобрения.
   Эд вытащил руку из бочонка - испачканную, пахнущую химической смесью.
  Еще одна молния сверкнула над взлетным полем, за ней последовал
  оглушительный раскат грома.
   - Сотри это, пока не пошел дождь, - посоветовал Толстяк.
   Через опущенное стекло своего "форда" он достал пакет салфеток, вынул
  пару и передал Эду - тот, словно во сне, стал стирать смесь с рук. А
  Толстяк в это время закрыл крышку, вставив ее на место одним ударом
  огромного кулачища, и бросил быстрый взгляд на темнеющее небо" Когда Эд
  коснулся рукава его белой рубашки, мужчина напрягся, беспокойно взглянув
  на парня.
   - Кажется, я должен извиниться, - произнес Эд, и впервые тон его
  голоса показался Ральфу абсолютно чистым и разумным.
   - Ну ты и весельчак, - облегченно хохотнул Толстяк, опуская покрытый
  полиэтиленовой пленкой брезент и завязывая узлы серией быстрых, умелых
  жестов. Наблюдая за ним, Ральф подумал о том, каким же хитрым воришкой
  оказалось время. Когда-то и он мог с такой же легкостью и проворством
  вязать узлы. Он и сейчас мог проделать подобное, однако теперь ему
  понадобилось