се остальное зависит от тебя".
   На мгновение Ральфу показалось, что он непостижимым образом выпал из
  жизни, чтобы окинуть взглядом вею фреску, выписанную ею, а не только
  детали одного дня. То, что он увидел, испугало его: незнакомая дорога,
  ведущая к темному туннелю, где его поджидает неизвестность. Все что
  угодно, "Тогда поверни назад, Ральф!"
   Но вряд ли он мог так поступить. У Ральфа возникло предчувствие, что
  ему предназначено войти в неведомый туннель, хочет он этого или нет.
  Более того, его не ведут туда, а скорее, толкают вперед сильные
  невидимые руки. - Не обращай внимания, - пробормотал он, нервно потирая
  виски и попрежнему глядя на обведенную кружком дату - через два дня - в
  календаре.
   - Это бессонница. Именно поэтому все вокруг начинает казаться...
  Начинает казаться каким?
   - Странным и причудливым, - объяснил он пустой комнате. - Именно
  поэтому все приобретает такие странные формы.
   Да, и сверхъестественные. Много явной ерунды, но вот виденные им ауры
  - самый таинственный феномен. Холодный серый свет - похожий на оживший
  морозец - струился вокруг мужчины, читавшего газету в кафе, где они
  сидели вместе с Уайзером. Мать и сын, направляющиеся в кафетерий, и их
  соединенные ауры, завитками поднимающиеся от сплетенных рук. Элен и
  Натали, окруженные великолепным облаком цвета слоновой кости, Натали,
  хватающая след, оставленный его рукой в воздухе - легкие линии,