ом сновидении что-то, вызывающее
  беспокойство: оно казалось слишком уж реальным, в отличие от сна о
  Кэролайн. В конце концов, Ральф находился в своей гостиной, а не на
  странном пляже, никогда не виденном им раньше. Он сидел в том же кресле,
  в котором сиживал все ночи напролет, держа в левой руке чашку с остывшим
  чаем, а правую поднося к носу, как "проделывал это в данный момент,
  ощущая слабый аромат туалетного мыла... "Ирландская весна", этот сорт
  ему нравился больше всего... Ральф приложил руку к левому боку и нажал
  на повязку.
   Немедленно возникла сильная боль... Но двое лысоголовых коротышек
  остались на том же месте - на веранде дома Мэй Лочер.
   "Неважно, что ты думаешь о своих ощущениях, Ральф. Это не может не
  иметь значения, потому что..."
   - Черт побери! - хрипло крикнул Ральф. Встав с кресла, он поставил
  чашку на журнальный столик. Чай пролился на телевизионную программку. -
  Черт побери, это не сон!
  
  3
  
   Он поспешил в кухню, незастегнутая пижама распахнулась, старые
  шлепанцы хлопали по полу, бок, раненный Чарли Пикерингом, посылал
  горячие сигналы боли. Схватив стул, Ральф потащил его в маленькую
  прихожую. Там был встроенный шкаф. Ральф включил свет, распахнул дверцы
  и поставил стул так, чтобы можно было дотянуться до верхней полки, затем
  вскарабкался на него. Полка служила хранилищем для массы забытых вещей,
  большинство из которых принадлежало Кэролайн.