не приблизилась к дому Мэй Лочер. Здесь она
  остановилась, опустив морду (глядя на ее вытянутую, довольно симпатичную
  мордочку, Ральф подумал, что в родословной Розали несомненно были и
  колли).
   Там что-то поблескивало.
   Ральф снова вытащил бинокль и направил его на Розали. При этом мысли
  его вновь вернулись к десятому сентября - на этот раз к встрече с Биллом
  и Луизой у входа в Строуфорд-парк. Он вспомнил, как Билл, обняв Луизу за
  талию, повел ее по улице: они напомнили Ральфу Фреда Астера и Джинджер
  Роджерс. Но больше всего ему вспоминались спектральные следы,
  остававшиеся после них на асфальте. Серые принадлежали Луизе,
  оливково-зеленые -Биллу.
   В те старые добрые времена, когда Ральф еще не был удостоен внимания
  Чарли Пикеринга и понятия не имел о лысоголовых врачах-коротышках, он
  посчитал это галлюцинацией.
   Розали обнюхивала такой же спектральный след. Он был того же
  золотисто-зеленого цвета, что и ауры доктора N1 и доктора N2. Ральф
  медленно отвел бинокль в сторону и увидел еще следы. Две дорожки следов,
  тянущихся по тротуару в направлении парка. Они тускнели - он видел, как
  они тают прямо на глазах, - но они все же были.
   Ральф снова навел бинокль на Розали, внезапно почувствовав жалость к
  бродяжке... А почему бы и нет? Если бы ему понадобилось окончательное
  доказательство того, что он действительно видит то, что прежде принимал
  за игру больного воображения,