н мгновение
  помедлил, ухватившись рукой за перила и слушая, как вода стекает с его
  промокших брюк и рубашки на деревянный пол. Затем стал подниматься ему
  хотелось взбежать наверх, но силы его были истощены долгой ходьбой.
  Сердце бешено колотилось в груди, промокшие туфли висели на ногах
  пудовыми гирями, и почему-то перед глазами встала картина того, как Эд
  Дипно вертел головой, выйдя из своего "датсуна", - напряженные, яростные
  рывки, делавшие парня похожим на задиристого петуха перед боем.
   Как всегда громко скрипнула третья ступенька, и сразу же наверху
  раздались торопливые шаги. Но они не вызвали облегчения, потому что не
  принадлежали Кэролайн, он сразу понял это, а когда Билл Мак-Говерн с
  бледным, озабоченным лицом и в своей неизменной панаме склонился над
  перилами, Ральф даже не удивился. Разве не чувствовал он всю обратную
  дорогу, что что-то случилось? Чувствовал. Но в данных обстоятельствах
  вряд ли это можно было назвать предчувствием. Он пришел к открытию, что,
  когда события достигают определенной степени напряженности, их уже
  невозможно ни исправить, ни изменить. Ральфу казалось, что в той или
  иной степени он всегда знал об этом. Единственное, о чем он никогда не
  догадывался, то, насколько длинна может быть эта черная полоса.
   - Ральф! - крикнул Билл. - Слава Богу! У Кэролайн... Думаю, чтото
  вроде апоплексического удара. Я только что вызвал "скорую помощь".
   Ральф