поднял руку на
  свою жену. Возможно, сегодня это обнаружилось в более ужасной форме, но
  случилось явно не впервые. Ральф мог принять подобную мысль и считать ее
  логичной, но он по-прежнему не мог представить себе Эда, поступающего
  подобным образом. Он видел улыбку Эда, его выразительные глаза, то, как
  беспокойно двигаются его руки во время беседы... Но, сколько ни пытался,
  не мог представить, что эти же самые руки избивают жену.
   Затем он вспомнил, как Эд на негнущихся ногах направляется к водителю
  голубого пикапа - это был "форд-рейнджер", не так ли? - и наносит тому
  сильнейший удар в челюсть.
   Вспомнить это было все равно что открыть дверцу шкафа Фибби Мак-Ги -
  персонажа старого радиоспектакля, - только вывалилась оттуда не груда
  скопившегося за десятилетия хлама, а целая лавина ярких образов того
  июльского дня. Молнии, сверкающие над взлетным полем. Эд, размахивающий
  рукой из стороны в сторону, как будто таким образом он мог заставить
  ворота открыться быстрее. Шарф с вышитыми китайскими иероглифами.
   "Эй, эй, Сьюзен Дэй, сколько ты убили детей?" - прозвучал голос Эда в
  голове Ральфа; и еще до того, как Элен открыла рот, он уже знал, что
  именно она скажет.
   - Как глупо, - отрешенно произнесла женщина. - Он избил меня, потому
  что я подписала обращение. Подписи собирают по всему городу. Кто-то
  сунул мне его позавчера по пути в супермаркет. Человек высказался в
  защиту Центра помощи женщинам,